Княжна Прасковья Григорьевна Юсупова перед пострижением
Патрон шедевра
Неврев Николай (1830-1904)
Княжна Прасковья Григорьевна Юсупова перед пострижением
1886
Размер - 89,5 x 103
Материал - холст
Техника - масло
Инвентарный номер - Инв.518
Приобр. П.М.Третьяковым у автора. 1886
Николай Неврев, исторический и жанровый живописец, известный также своими психологическими портретами, заинтересовался эпохой правления императрицы Анны Иоанновны (1732‒1840) и драматической судьбой молодой княжны Прасковьи Юсуповой.
Дочь генерала Григория Юсупова сразу после смерти отца, в сентябре 1730 года, была неожиданно сослана в Тихвинский Введенский монастырь. Ходили слухи, что фрейлина императрицы Анны Иоанновны внезапно впала в немилость, поскольку знала о тайной помолвке цесаревны Елизаветы Петровны с офицером Алексеем Шубиным. Но истинная причина ссылки до сих пор остается загадкой. Служанка Анна Юленева сообщила княжне о бесчинствах в монастыре, и об этом узнали в С.-Петербурге. После чего последовал встречный донос на княжну от игуменьи обители Дорофеи. Юсупову доставили в Тайную канцелярию, где Андрей Ушаков лично обвинил девушку в непристойных высказываниях о дворе императрицы Анны Иоанновны. Под угрозами пыток княжна признала вину и была приговорена «за злодейственные и непристойные слова…» к наказанию «кошками» и пострижению в монахини. 30 апреля 1735 года Архимандрит Аарон в стенах Тайной канцелярии тайно совершил обряд пострижения. Приняв в монашестве имя Прокла, Юсупова была заточена во Введенский девичий монастырь при Успенском Долматовом монастыре в Тобольске.
На картине в тесном душном помещении с низкими сводчатыми потолками художник изображает большое количество фигур. Окруженная конвоем княжна застыла в дверях. Среди темных мундиров и облачений выделяется нежно-голубые и желтые оттенки ее костюма, подчеркивая юность, трепетность героини, ее неспособность, несмотря на волевой характер, противиться происходящему.
Гордый взгляд Юсуповой встретился с надменными и полными ненависти глазами Ушакова, сидящего в кресле напротив. Скорбная фигура архимандрита Аарона, вынужденного совершить пострижение, говорит о заведомом исходе дела. Послушник, стоящий слева от Юсуповой, уже приготовил все для обряда пострижения. Палачи, изображенные в левой части картины, готовы выбить из девушки любое признание.
Выразительны жесты героев картины: нежными руками, словно защищаясь, княжна запахивает шубку, судорожно сжатые жилистые руки архимандрита свидетельствуют о его внутреннем протесте и смятении, дрожат от страха руки секретаря, читающего обвинение, спокойно лежат руки Ушакова, уже готового скрепить печатью протокол и решить участь несчастной.
Картина Неврева экспонировалась на ХV Передвижной выставке.