Творческая позиция Николая Павловича Ульянова, живописца, театрального художника, писателя, отличалась своеобразием. Он не проходил мимо пластических исканий современников, но предпочитал придерживаться собственной концепции «искусства без манифеста», так как считал, что неукоснительное следование принципам, сформулированным в громко заявленных программах, сковывает самостоятельность их создателей, ведет к рождению «нового академизма». Он полагал, что «писать можно по-современному, только не по-модному – а главное – по-всегдашнему, по-вечному». К этому убеждению Ульянов пришел уже в зрелые годы, пережив и творчески переосмыслив уроки известных живописцев, что делает очень важным анализ его первых шагов на этом пути.

Художественное образование Ульянов получил в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, где в тот момент происходила «смена вех», и вектор его пристрастий переходил от «последнего романтика» XIX столетия Н.Н. Ге к В.А. Серову, чье творчество открывало искусство XX века, определив стилевые искания рубежа веков. В 1897 году Серов стал преподавать в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, и Ульянов испытал очень сильное влияние его искусства. Даже мотивы некоторых его работ кажутся навеянными сюжетами произведений наставника, в том числе его анималистикой. Таков ученический и еще во многом подражательный этюд «Две лошади на фоне вечернего неба» (1900, ГТГ), «моделями» для которого стали беспородные крестьянские лошади – именно таких любил писать Серов. Однако наметившаяся в работе тенденция к примитивизации пластического языка уже предсказывает творческий почерк Ульянова, его склонность к экспериментам. Раздельные мазки краски, характерные для импрессионизма, не создают впечатления сиюминутности происходящего. Красочная манера подчеркнуто декоративна.