Никич Анатолий (1918-1994)
Весна в Москве
1976
Размер - 156 x 141,5
Материал - холст
Техника - масло
Инвентарный номер - ЖС-7378
Поступило от Министерства культуры РФ. 2019
Весна – оптимистическое время года. Небо голубое, пейзаж бесконечен, люди вышли на бульвар, приветливая женщина продает весенние цветы… Но такое описание неполно и неточно. Картина Никича – его лирический манифест: факты и формы жизни не абсолютны, любой образ, который кажется очевидным и даже декларативным содержит «двойное дно». Между первым планом и глубиной холста возникают сложные и противоречивые связи. Девушка предлагает зрителю не просто цветы, но фрагменты натюрморта, а на заднем плане – не схематичное изображение города, но обозначение ключевых для художника мест: там вдалеке, за условными объемами Нового Арбата, его дом, а ближе – особняк с колоннами – Союз художников СССР, где он является единственным беспартийным членом Правления. И еще – странная фигура девочки справа – символ неуверенности, нераскрытости, поиска опоры – и она тоже весна.
В уравновешенном устойчивом прямоугольнике картины царит гармония. Центральная фигура удерживает всю композицию, связывает уплощенный задний план и осязаемую предметность цветов, размывает противоречие между весенним пафосом и отблесками заката, несочетаемостью улыбки и жесткого пересечения «венца» черных веток над рыжими волосами.
Кстати, цвет волос – возможный ключ понимания картины, как автопортрета. На портрете 1938 года профессор Московского института изобразительных искусств, где тогда учился Анатолий Никич, изобразил своего студента в шапке рыжих кудрей. Да и друзья называли художника в те годы «рыжий». Фартук продавщицы в этом контексте рифмуется с тем же рабочим, но по-иному, покрытому красками фартуком художника, и цветы не столько продаются, сколько выставляются, и все это происходит на автопортретном же био- и топографическом фоне. Художник пытается создать весну и показать ее первые цветы (или цвета), но рядом, совсем близко, ритм движения диктуют резкие черные силуэты совсем не весенних деревьев.
Вот еще одно прочтение картины – мифологическое и символическое. Весна – это творчество и ремесло, вдохновение и умение. Это «Весна священная» и римская богиня цветения Флора.
Контрасты и созвучия «Весны» Анатолия Никича помнят, сожалеют и мечтают об утерянной целостности картины, нарисованной Овидием: «Вечной я нежусь весной, весна — это лучшее время: В зелени все дерева, вся зеленеет земля».
Итак, эта картина не только о радости и обещаниях, но и о сомнениях, которые всегда с нами, о судьбе художника и ценности мира, который появляется «из краски». Лирические и символические интонации Никича, необходимость вглядываться в очевидное, открывать новые смыслы – все это ставит картину в один ряд со столь же неоднозначными по живописи, эмоциям и структуре картинами Виктора Попкова, братьев Александра и Петра Смолиных, Натальи Нестеровой…