В практике пикториалистов границы между картиной и фотографией стираются. С помощью ретуши, тонировок, дорисовок, раскрашивания и процарапывания, различных техник печати, а также химических способов воздействия на изображение художники придают своим работам качества живописных и графических произведений. Какое-либо сходство с натурой принципиального значения уже не имеет, в пикториализме мы можем оценить сходство другого порядка: одно медиа имитирует свойства другого. Ценность фотографии как документа времени полностью уничтожается, и в результате, глядя на фотографию, зритель смотрит на картину, то есть на то, что есть в настоящем без обстоятельств прошедшего времени. Мастер стремился к нерезкости изображения, мягкости освещения, неопределенности форм предметов.

Фотограф уделял много внимания оптике и освещению и, помимо серебряно-желатиновой печати, использовал бромойль, вираж и тонирование. Став знатоком в области техники, он добивался эффекта «рукотворной фотографии». Технология помогала достигнуть нужного настроения, воздуха, пространства. Часто мастер сильно растягивал процесс изготовления фотографии, чтобы усовершенствовать композицию, освещение и фактуру изображения. Получив негатив, он мог вносить правки на стекле, а потом делать обычный и отзеркаленный отпечатки разного размера, кадрировать и ретушировать, дорисовывать их. Этот отпечаток служил одним из контрольных, созданных в процессе работы над выставочными экземплярами.

Для Андреева жанровая съемка связана со сложной подготовительной работой, с необходимостью до мелочей продумать обстановку, костюмы, действия и жесты героев. Используя в качестве актеров этих инсценировок своих близких друзей и их родных, фотограф добивался эффекта естественности. Журнал «Советское фото», враждебно относившийся к авторам старой школы, высоко оценивал эти композиции Андреева, так как они «представляют собой образец художественного мастерства на советские бытовые сюжеты».

Изучая авторские отпечатки, можно многое узнать об их выставочной истории. Андреев внимательно относился к выбору цвета и фактуры картона, к наклейке, аннотированию. К сожалению, позднее поля многих паспарту были утрачены или специально обрезаны для более компактного хранения. Фотограф избегал однообразия, стремился найти индивидуальный подход к каждой вещи, в то же время считая, что оформление не должно отвлекать зрителя от самой работы.

О том, что он предпочитал именно такой сдержанный подход, свидетельствует сохранившийся экспонат его персональной выставки в серпуховском музее 1929 года – фотография «Ребенок. Этюд» в авторском обрамлении. На снимке изображен второй сын фотографа Николай (1921–2013). Портрет оформлен крайне просто: под размер отпечатка были вырезаны стекло и подложка, которые смонтированы с помощью бумажной окантовки. На лицевой стороне стекла сохранилась приклеенная выставочная этикетка с номером 12 (по каталогу). На снимке обнаженный мальчик сосредоточенно моет руки. Фотограф был вынужден придумать «правильное» название для этого портрета. Посетители экспозиции знакомились с произведением под бодрым лозунгом «Чистота – залог здоровья» (Каталог I-ой персональной выставки работ художника Николая Андреева. Серпухов, 1929. С. 11). Этот кадр входил в серию детских портретов сыновей Андреева, изображающих, как они мылись и пускали пузыри; часть снимков хранится в семейном архиве.