Спор о вере
Патрон шедевра
Перов Василий (1833-1882)
Спор о вере
1880
Размер - 33,4 x 24
Материал - бумага
Техника - графитный карандаш, тушь
Инвентарный номер - Инв.7061
Поступило из Государственной Цветковской галереи (собрание И.Е. Цветкова, В.В. Перова /?/, Москва). 1925
В 1871 году Перов впервые обращается к этому сюжету – исполняет эскиз «Спор о вере» («Беседа студентов с монахом у часовни», холст, масло, Государственный Русский музей). В 1880 году он вновь возвращается к занимавшему его сюжету. Появление этой темы в творчестве художника, безусловно, связано с теми нигилистическими настроениями, которые распространялись прежде всего в среде революционно настроенной интеллигенции и студенчества.
О злободневности и актуальности темы для русского общества свидетельствует то, что небольшому рисунку знаменитый художественный критик В.В. Стасов в 1883 году посвящает специальный текст: «В 1880 году мы находим у него ту же сцену (в виде рисунка карандашом), но только несколько измененною: дело происходит уже не на чистом воздухе, а в вагоне железной дороги, присутствующих более, но главные действующие лица и их позы остались прежние. Дело все состоит в том, что молодые люди, студенты, затеяли спор с монахом, и так его доехали, что он просто своих не найдет, присел плотно на скамейке, прижался руками к доске и только поднятыми вверх глазами точно говорит: ”Господи! что эти люди говорят!”, а сам, видимо, не знает, что им и отвечать. Я эту недоконченную маленькую картинку считаю одним из важнейших созданий Перова: тема одна из самых современных, какие он только брал на своем веку – столкновение нового поколения со старым, и это без всяких насмешек, без глумления, без дурацкого ничтожного приставанья. Нет – серьезно, важно, с полным достоинством. Особливо хорош и правдив юноша налево, в очках, сидящий, схватив коленку руками и весь устремленный в мысль, которую доказывает. Такие сцены, и не с одними монахами, поминутно происходят у нового поколения, только раньше Перова никто не вздумал их занести в картину, да еще с таким талантом, простотой и верностью. Может быть, немного есть сцен из новой жизни, столько важных для искусства, столько зовущих его живое воплощение, как эта: “Новое”, наступающее на “Старое”, неотвязно, горячо требующее с него отчета и ответа. Глубокий ум Перова, наблюдательный, симпатичный и пытливый, является тут во всем блеске. По-моему, эта маленькая картинка – одно из лучших прав Перова на русскую славу».