Якулов Георгий (1884-1928)
Портрет А.Б. Мариенгофа. Фронтиспис книги А.Б. Мариенгофа "Руки галстуком"
1920
Размер - 34,6 x 26,7
Материал - бумага
Техника - литография
Инвентарный номер - ГРС-9304/4
Приобретено у Г.Ф. Африкантова. 2004
«Руки галстуком» – четвертая изданная книга Анатолия Мариенгофа, она же третья, выпущенная объединением имажинистов. Ее оформлением занимался Георгий Якулов. Двух авторов издания соединяли многочисленные творческие и личные связи.
Мариенгоф участвовал в поэтических вечерах, организуемых в кафе «Питтореск», расписанном группой художников по эскизам Якулова, сам Якулов часто проводил там время, будучи человеком общительным и склонным к эпатажу. Якулов также оформил кафе имажинистов «Стойло Пегаса» (1919) на Тверской улице. В том же 1919 году вместе с поэтами С. Есениным, А. Мариенгофом, Р. Ивневым, В. Шершеневичем и художником Б. Эрдманом он подписал Декларацию имажинистов. Якулов создал живописный (1920–1922) и графический (1922–1923) портреты поэта и писателя, хранящиеся в Государственном литературном музее. Кроме «Руки галстуком» он проиллюстрировал книгу Мариенгофа «Тучелет» (М., 1921), нарисовал обложку к его сборнику «Кондитерская солнц» (1918), но тот вышел из печати в издательстве «Имажинисты» в другом оформлении. Поэтический сборник «Эпоха Есенина и Мариенгофа» был доведен до стадии верстки, но не издан. Он имел посвящение: «Верховному мастеру Ордена имажинистов, создателю декоративной эпохи Георгию Якулову посвящают поэтическую эпоху Есенин и Мариенгоф».
В книге «Руки галстуком» помещен литографированный портрет Мариенгофа. Элегантный облик поэта – удлиненное лицо, характерные брови, пробор в волосах и безупречный костюм – узнаваем с первого взгляда, несмотря на авангардную раздробленность формы. Его поза говорит об уверенности в себе в момент, когда автор предстает перед читателем. В Москве начала 1920-х годов Мариенгоф носил цилиндр, а в стихотворении «Застольная беседа» (1921) о себе сообщал:
Великолепен был Лоренцо,
Великолепней Мариенгоф!
Надпись с именем изображенного была сделана на литографском камне не Якуловым, а самим поэтом.