Филонов Павел (1883-1941)
Композиция с шестью лицами
Нач. 1930-х
Размер - 70 x 93
Материал - картон
Техника - масло
Инвентарный номер - ЖС-1091
Пост. в 1975 г.; дар Е.Н.Глебовой, сестры художника. Ленинград
Павел Николаевич Филонов – наиболее загадочный мастер русского авангарда. Он не продавал свои работы, редко дарил их. Свои произведения он хотел отдать государству, мечтая о создании из них музея аналитического искусства.
В результате углубленного анализа Филонов погружался в мир мельчайших первочастиц, и устроенные по тем же законам, что и макромир, микромиры открывали ему путь к постижению всеобщих законов вселенной. Он называл свой метод аналитическим, хотя по сути это был своеобразный анализо-синтез, так как проникновение в невиданные глубины бытия предполагало осознание его внутреннего целостного смысла.
Живописной практике художника соответствовала не менее оригинальная и сложная теория. Филонов вводит понятие «видящего» и «знающего глаза», говоря о том, что «видящий глаз» скользит по поверхности, замечает «часть того, на кого смотрит», тогда как «знающий глаз» художника-исследователя «стремится к исчерпывающему видению», «воспринимает любое явление мира в его внутренней значимости».
Стремление постичь сущность мироустройства и миропорядка приводит Филонова к размышлениям о взаимоотношении человека и мира. Возникает цикл «Головы» (или «Лица»), одной из наиболее гармоничных работ которого является «Композиция с шестью лицами». Она близка по времени исполнения к другой работе Филонова – «Первой симфонии Шостаковича», и во многом сближается с ней по живописному решению. Однако внутреннее напряжение, вновь воплощенное в автопортретном образе самого художника, оказывается почти снятым. Состоящий из многообразных светоносных первоформ удивительно красивый фон картины лишен каких-либо конкретных ассоциаций. Он является воплощением образа бесконечной вселенной, которая рождает и растворяет в себе различные человеческие образы, находящиеся с ней в гармоническом единстве.
Головы просвечивают, они оказываются сотканными из тех же первочастиц, что и окружающее их пространство. Филонов избегал геометрически правильных форм. Его первочастицы напоминают скорее биологические клетки или молекулы, иногда формы кристаллов, то есть не механические, не созданные разумом человека, а природные органические образования. К тому же филоновские частицы сложно окрашены, некоторые почти спектральны, они как бы вбирают в себя все многообразие цветовой палитры и будто светятся изнутри, заставляя вспоминать о свете как категории духа. Так подчеркивается единство живого и неживого, одушевленного и неодушевленного, материально-духовное единство всего сущего. Вечная мечта о гармонии человека и мира находит зримое воплощение.